Мария Даргомыжская. Трубочист, или Доброе дело не остается без награды

Пьеса для детей в одном действии

Действующие лица:
      Варенька 10 лет
      Николаша 7 лет
      Петруша, Трубочист 12 лет.

    Сцена представляет комнату; чисто, но бедно убранную.



Явление 1.

Варенька сидит за маленьким столиком, работает; потом, положив работу, встаёт.

Слава Богу, я кончила свою работу. Отнесу к доброй барыне, которая нам ее заказывала. Дай Бог, чтобы она хоть что-нибудь прибавила! Тогда бы нам хватило на завтрак, и даже на бутылку вина для больной нашей маменьки! Впрочем, мы и без завтрака можем остаться, лишь бы хватило на вино, которое, сказал доктор, для маменьки всего нужнее. Мы будем работать, а там доиграем, так и забудем, что ничего не ели. Да, (со вздохом) я в силах терпеть голод; но Николаша — Лиза — которые так малы! которые и понимать еще не могут, как приятно, как легко лишать себя пищи для пользы отца и матери! Вот, и давеча бедная Лиза мне говорила: милая Варенька! купи хоть кусочек хлебца! ведь мы вчера не ужинали; а помнишь, прежде ягоды давали! Помню! помню к несчастью! но желала бы забыть это! Все напоминает мне прежнее время. Как бывало, с утра, начинала я петь песенки... Да кто ж мне теперь мешает? Ведь папенька и маменька со мною (поет):

     Глаза лишь открываю,
     И маменька со мной!
     С ней новый день встречаю,
     Веселье и покой! 

     Работой занимаюсь,
     Работой веселюсь;
     Той мыслью утешаюсь:
     Для маменьки тружусь. 

     Теперь мы не богаты
     Нет золота у нас...
     Огромные палаты
     В один сгорели час! 

     Все в свете так сгорает,
     Что старо, и что вновь...
     Одна не исчезает
     К родителям любовь.

Явление 2.

Та же и Николаша вбегает, запыхавшись; клеточка на плече; в руках покрытая корзина - ставит все на пол.

НИКОЛАША
Здравствуй, Варенька, как я весел! Какую радость скажу тебе!

ВАРЕНЬКА
Слава Богу! Что такое?

НИКОЛАША
Ты знаешь, что мы с тобой думали продать моих канареечек... много, много, за пять рублей с полтиной.

ВАРЕНЬКА
Ну, так.

НИКОЛАША
Слушай же! Сегодня пошел я совсем по незнакомой дороге, по большой Литейной. Я и не думал так далеко зайти, видно уж Бог повел! Мне хотелось пробраться на Щукин двор. Иду, иду, подхожу к большому дому; у крыльца стоит такой страшный с усами, в красном сюртуке. Я тихо говорю ему: не угодно ли купить канареечек? — Подожди, - отвечал он: велю доложить. — Мне, сударь, ждать некогда, - сказал я: у меня маменька больная; ничего еще не ела, да и мы голодны. — Невелика беда, хоть и умрет, сказал он. Как он это выговорил, Варенька, сердце у меня замерло, я горько заплакал.

ВАРЕНЬКА
Видно, у него нет матери!

НИКОЛАША
Тут выходит какой-то господин, кажется, в утреннем платье, потому что днем я таких не видывал. Не знаю, большой ли барин — не думаю — ведь большие-то господа не встают рано; им не нужно идти продавать птичек на обед.

ВАРЕНЬКА
Ну, может быть встал, прогуляться от нечего делать.

НИКОЛАША
Он спросил у меня очень милостиво: о чем ты плачешь, дружочек? Не беден ли ты?

ВАРЕНЬКА
О Николаша! Это не барский вопрос. Почем знать большим господам, что бедные плачут? Ведь у них всего много.

НИКОЛАША
Ну, не знаю, только я сказал ему: беден, сударь! да и этот усач меня обидел, сказал: не беда, когда умрет Маменька! я и заплакал. — Добрый мальчик, - сказал мне господин; чего же ты хотел от этого человека? — Я продавал ему своих канареечек; только и осталось на обед и на вино больной маменьки; больше и продавать будет нечего! — А что ты просишь за канареечек? спросил он меня. — Пять с полтиной, сударь, за пару. Он вдруг вынимает вот какую белую; я не знаю сколько тут; но знаю, что многим больше синей бумажки.

ВАРЕНЬКА
Папенька! Маменька! как вы будете рады! Знаешь ли, Николаша, что этого хватит, чтобы заплатить тому злому господину, который всякий день приступает к папеньке за квартиру. Побежим скорее, успокоим их (убегает).

НИКОЛАША
А я понесу фрукты и хлеб маменьке, которые дал мне доброй господин; она рада будет! а Лиза-то, Лиза как обрадуется! она очень любит фрукты! — Ах! мы прежде всего много видели! (уходит).

Явление 3.

ВАРЕНЬКА (вбегая)
Как я рада! рассчитываются с недобрым человеком — Бог с ним! перейдем теперь в новой наш флигелек; он хотя и мал, но будет чист и ничто в нем не напомнит, о несчастном пожаре, который лишил нас всего! Теперь послали за трубочистом; пусть он осмотрит все трубы, чтоб опять беды не вышло.
(Садится за свой работный столик в углу комнаты).

Явление 4.

Варенька и Трубочист (входя поёт).

     По улице мостовой
     Трубочистик молодой,
     Трубочистик молодой
     Идет раннею порой —
     Он с метелочкой идет,
     А сам песенки поет... Ай, ну!
(кладет лестницу, метелки и платок на пол).
Что за диковинка! ходил, ходил около всего дому, никого не нашел!

ВАРЕНЬКА (подходит к нему и вглядывается; Петруша в нее).
Это ты, Петруша?

ПЕТРУША
Ба, ба, ба! добрая, милая барышня! как ты сюда попала? Ведь я с покойным отцом моим хаживал к вам на Гороховую улицу. Помнишь, барышня, как я упал было с кровли, и ты, сидя у окна, заплакала от жалости; я никогда этого не забуду! Да как вы здесь очутились?

ВАРЕНЬКА
O, Петруша, все переменилось! а ты какой большой стал! Почти год я тебя не видела! Тот дом сгорел у нас.

ПЕТРУША
Сгорел? Ахти, какая беда! таки до тла?

ВАРЕНЬКА
Ничего не осталось. Бог спас только тот маленькой флигелек, который, помнишь, строился у нас в саду. Мы с этим пожаром все потеряли, Петруша!

ПЕТРУША
Ах, напасть какая!

ВАРЕНЬКА
Да вот еще какое несчастье: у папеньки был ларчик, в котором лежали его деньги, маменькины бриллианты и какие-то две бумаги. Он, видишь, дал двум приятелям своим много, много денег, а с них взял письма, и не записал их в какую-то книгу; вот во время пожара старый наш Иван, ухватив этот ларчик, понес его; но куда девал, не знаем, потому что старый Иван с тех пор не возвращался; а приятели то папенькины говорят, будто они денег у него никогда не брали.

ПЕТРУША
Да ведь я думаю, барышня, приятели-то его благородные люди. Иль нынче стали и они не лучше нашей братии?

ВАРЕНЬКА
Видно, что так!

Явление 5.

Те жe. Николаша вбегает и вскрикивает:
Ай! трубочист!

ПЕТРУША
И барин, какой неумный! Смотри-ка, сестрица-то наговориться со мною не может! Не бойся черных, лучше иного белого бывают.

НИКОЛАША
Ах! да это Петруша маленький! Я вспомнил.

ПЕТРУША
Ну, то-то, барин.

ВАРЕНЬКА
Поешь ли ты песенки по-прежнему?

НИКОЛАША
Если не устал, спой, Петруша.

ПЕТРУША
От чего устать, барин! извольте.
(поет):

     Трубочист хоть черен, черен иногда,
     Стоит лишь сплеснуться, и прошла беда;
     К тому ж лицом беленек, но черен душой,
     Верьте, не обмыться и целой Невой.

     Незачем бояться этой черноты!
     Больше опасаться должно красоты!
     Красота нередко и в огонь ведет,
     А моя метелка от огня спасет.

     Как побольше буду, дай Бог, чтоб тогда
     Люди говорили вправду и, всегда:
     Вот идет Петруша, добрый трубочист;
     Хоть лицом и черен, но душою чист.

НИКОЛАША
Ай да Петруша!

ПЕТРУША
Я бы и еще пропел, да на сердце невесело.

ВАРЕНЬКА
Отчего это?

ПЕТРУША
А вот что: третьего дня шел я по Фонтанке домой; на плоту стоит маленькая девочка с матерью и покачивается, а я на нее поглядываю — девочка такая хорошенькая! Вот, она качалась, качалась, да бух в воду; мать закричала, народу сбежалось видимо-невидимо; я поскорее куртку долой, бросился в канаву, выхватил девочку, отдал ее матери, и схватив куртку, бегу к своей и веселюсь, что Бог привел спасти ребенка, и что несу двугривенный, гривенник, два пятачка, да медных копеек восемь; прибежал, кричу: здравствуй, матушка! есть тебе на что пообедать! Хвать в карман, нет ни копейки. Горько мне стало! Матушка, спросил я: ела ли ты сегодня? Нет, - отвечала она; - но если ты сыт, так и, слава Богу, я не помню голоду. Тут спросила она, как это со мною случилось, и потом сказала мне: верно у тебя украли деньги, когда ты кинулся за девочкой; не тужи, Петруша, ты сделал доброе дело, деньги твои воротятся, Бог этого не забудет. Однако, говоря это, она все таки осталась целый день без хлеба! Ведь после смерти батюшки она ослепла, и я кормлю ее.

ВАРЕНЬКА
Бедный Петруша.

ПЕТРУША
Знать, Богу так угодно было! Однако пора за дело приниматься. Куда же, барышня, мне теперь идти?

ВАРЕНЬКА
Поди теперь на Гороховую улицу, на наш двор, в новой флигель; печи в горницах уже готовы; а в кухне печь еще до пожару была готова, но ни разу не топлена; так ты осмотри все печи, трубы, и после, при себе, вели затопить, а то, избави Господи! — опять загорится; и тогда из трубы же выкинуло!

ПЕТРУША
Понимаю, барышня! Прощайте.
(берет все свои вещи, забывает на полу платок и уходит).

Явление 6.

Варенька и Николаша.

НИКОЛАША
Варенька, что мне пришло в голову!

ВАРЕНЬКА
Верно то же, что и мне.

НИКОЛАША
Я рад буду. Нам сегодня Бог дал гораздо больше денег, нежели мы ждали; отдадим Петруше то, что украли у него недобрые люди. Ведь ты получила за шитье?

ВАРЕНЬКА
Точно тоже я думала. Но как ему отдать? Как милостыню — неловко; это как-то обидно! Я бы не взяла.

НИКОЛАША
О! сохрани Бог обидеть его! Нет, Варенька, да как бы это? (увидев платок) смотри, он забыл свой платок; ах, как кстати! Завяжем ему туда деньги!

ВАРЕНЬКА
Вот славно! завяжем же поскорее (вынимает деньги из своего ящика, завязывает и кладет платок на прежнее место).

НИКОЛАША (задумавшись).
Ну, Варенька, чтоб я ни делал, чтобы ни говорил, а все канареечки в голове. Потешу себе сердечко, пропою новую мою песенку.

ВАРЕНЬКА
А я тебе помогу.

НИКОЛАША (поет):

     Мои канареечки далеко поют,
     Голосок из клеточки будто подают.
     Я очень любил их; но что горевать?
     Для маменьки можно и душу отдать.

     Хорошей пшеничкой их станут кормить,
     Да нежным ли сердцем их будут любить?
     Последний кусочек им я отдавал:
     Они и не знали, что беден я стал!

     В серебряной клетке им не веселей;
     У меня, поверьте, было им теплей!
     Богатство, конечно, годно для всего;
     Но дружба и ласки приятней его!

НИКОЛАША
Теперь, прости, Варенька! мне надо еще накормить голубков. Прости! (убегает).

Явление 7.

Варенька одна.

Кто-то больше будет рад: Петруша ли, увидев деньги, или я — положа их? (поет):
     Если бы мне можно было
     В сердце дать моем читать,
     Богачам его б открыла,
     Чтоб охоты им придать
     Бедным людям помогать.

     Как оно теперь довольно,
     Не умею вам сказать! но одно немножко больно;
     Что не в силах больше дать...
     Право, право негде взять! (2)

Не знаю от чего, но мне так весело сегодня! Как будто я чего ожидаю... Дай-то Бог чего-нибудь хорошего! (вслушиваясь) Кто там кричит? Я слышу голос Петруши! Что с ним сделалось?

Явление 8.

Та же и Трубочист с ларчиком в руках, бегает по сцен вне себя.

ПЕТРУША
Барышня! барин маленький! большие господа! люди, человек, кухарка!

ВАРЕНЬКА
Не с ума ли он сошел? Что с тобой сделалось, Петруша?

ПЕТРУША
Смотрите, у меня тот ларчик, о котором вы горевали!

ВАРЕНЬКА
Папенька! маменька! как вы будете рады! (обнимает Петрушу).

ПЕТРУША
А я то как рад! Я чуть с кровли не свалился! Пришел я в кухню, барышня, осмотрел печку, полез в трубу, опустил метелку... что за пропасть! нейдет моя метелка! Я ну глядеть, ну доставать, тащу что-то... глядь, ларчик! Тут вздумал я, не тот ли это ларчик, о котором барышня-то мне толковала? Он сам открылся, я увидел много бумаг, и еще что-то как солнышко горит! Я и пальцем ни до чего не дотронулся. Теперь-то, думал я, надобно показать, что я черен лицом, да бел душой. Да я и не понимаю, что тут такое. Ведь не все то золото, что блестит! Побежал сюда, сломя голову. Вот возьмите, Господь с вами, живите счастливо, а мне пора к матушке.

ВАРЕНЬКА (взяв ларчик, становится на колени).
Господи! благодарю тебя, Петруша! ты не останешься теперь в бедности.

Явление 9.

Те же. Николаша вбегает с письмом.

НИКОЛАША
Варенька, Варенька! читай скорее.

ВАРЕНЬКА (взяв письмо, узнает руку Ивана).
Слава Богу! наш старый Иван жив! (читает и говорит):
Вообрази, Петруша! Во время пожара, он упал и сломил ногу; какой-то господин велел его поднять и отнести к себе; на другой день отдал его в больницу, где он и теперь... (еще читает)... и он пишет, что наш ларчик должен быть цел, в новом флигеле. Да он уж у нас! Понесем, Николаша! (поспешно уходит).

Явление 10.

ПЕТРУША (один).

Как я рад за этих милых деточек! Да я тут забыл свой платок, (увидев его и поднимая). А вот и он! Ба, это что? Тут деньги! (развязывает и смотрит). И точно столько, сколько у меня украли! Матушка, всего тебе накуплю! Милые деточки! это верно, они положили. Но если бы не ларчик, ничего бы от них не принял; тяжело отнимать последнее. Теперь могу принять. В ту минуту, как они отдавали мн. последнюю свою копейку, Бог возвратил им сокровище их, и явно показал, что доброе дело не остается без награды.

1822
Наверх